Anatolij Naumovič Aronov Books

Вторая книга трилогии "Дети Арбата" под названием "Страх" является самой драматичной частью. Действие происходит в 1935-1937 годах, когда после убийства Кирова власть начинает массовую "очистку" страны от подозрительных элементов. В январе 1935 года вводится "Постановление о терроре", позволяющее проводить следствия всего за десять дней и выносить смертные приговоры без участия сторон. Ужас охватывает страну, включая деревню Мозгова, где находится Панкратов. Несмотря на это, жизнь в Москве продолжается: Варя заботится о матери Панкратова, строятся новые метро, чиновники отчитываются о победах, а летчики совершают перелеты через Северный полюс. 1937 год становится апогеем страха, когда люди замыкаются в себе, и человеческие судьбы рушатся. Страх превращает людей в палачей, создавая бесконечную цепь страха, идущую от Сталина к простым гражданам. Саша Панкратов на короткое время оказывается в столице, но, следуя совету матери и разминувшись с Варей, уезжает в Калинин, постоянно ощущая за спиной дыхание чудовищной машины уничтожения.

The epic sequel to the best-selling Children of the Arbat follows the experiences of a Soviet tank commander in World War II as he fights his way from Siberia to Stalingrad and onward to Berlin.

Chilling portrait of Stalin & his terror and its impact on a generation of young friends living in Moscow's Arbat.

Het vervolg op Kinderen van de Arbat . In januari 1987 sprak Michael Gorbatsjov de verlossende woorden: ‘Er mogen geen vergeten namen en witte plekken in de Sovjet-geschiedenis zijn.’ In de wereldwijde bestseller Kinderen van de Arbat , zijn magistrale roman die dankzij de perestroika na twintig jaar kon verschijnen en door miljoenen in de Sovjetunie werd verslonden, beschreef Anatoli Rybakov de Sovjet-samenleving van de jaren 1933-1934 in al haar geledingen: het communistische studentenmilieu, het leven in Siberische ballingschap, de bureaucratie en de partijtop. 1935 en volgende jaren is het volgende paneel in zijn schildering van Rusland onder Stalin. Het zijn de jaren waarin op grote schaal processen worden gevoerd tegen iedereen in wie hij een tegenstander vermoedde. Van binnenuit beschrijft Rybakov de verhoren, de fabricage van ’bewijsmateriaal’ en de processen zelf, meestal eindigend met een doodvonnis. Wederom kruipt de schrijver in de huid van Stalin, wiens paranoïde machtsdenken hij met beklemmende precisie reconstrueert. Daarnaast schetst hij de harde strijd om het dagelijks bestaan in Moskou en Siberië.