More about the book
В романе "Защита Лужина" рассказывается о том, как сходит с ума одинокий шахматный гений. Постепенно его охватывает навязчивая идея, что он вовлечен в мировую шахматную партию, и в каждом движении, в каждом слове он видит заговор и угрозу. Этот роман позволяет глубже понять, почему Набоков называл себя "уравновешенным сумасшедшим": он настолько достоверно изображает процесс безумия, что иногда читатель тоже начинает чувствовать, как мир вокруг него колеблется. Тем не менее, автор уверенно управляет вихрем воспоминаний, шахматных ходов и навязчивых идей, играя с легкостью и виртуозностью величайших шахматистов. При этом у него хватает сил, чтобы иногда улыбнуться: "нормальное" я автора с мудрой иронией наблюдает за бесконечно неуклюжим героем, его падением и трагическим финалом.
Book purchase
Защита Лужина, Vladimir Nabokov
- Language
- Released
- 2010
- product-detail.submit-box.info.binding
- (Paperback)
Payment methods
We’re missing your review here.
- Title
- Защита Лужина
- Language
- Russian
- Authors
- Vladimir Nabokov
- Publisher
- Azbuka
- Released
- 2010
- Format
- Paperback
- ISBN10
- 5389078896
- ISBN13
- 9785389078895
- Series
- Tags
- Fiction, Historical Fiction, Classics, Russia, Literary Fiction, Adapted for Film, Russian Literature, Chess, Biographical novels
- Original title
- Zaščita Lužina
- Rating
- 3.95 out of 5
- Description
- В романе "Защита Лужина" рассказывается о том, как сходит с ума одинокий шахматный гений. Постепенно его охватывает навязчивая идея, что он вовлечен в мировую шахматную партию, и в каждом движении, в каждом слове он видит заговор и угрозу. Этот роман позволяет глубже понять, почему Набоков называл себя "уравновешенным сумасшедшим": он настолько достоверно изображает процесс безумия, что иногда читатель тоже начинает чувствовать, как мир вокруг него колеблется. Тем не менее, автор уверенно управляет вихрем воспоминаний, шахматных ходов и навязчивых идей, играя с легкостью и виртуозностью величайших шахматистов. При этом у него хватает сил, чтобы иногда улыбнуться: "нормальное" я автора с мудрой иронией наблюдает за бесконечно неуклюжим героем, его падением и трагическим финалом.